После Тургенева
русские литераторы редко возвращались к стихотворениям в прозе. Критики такого
жанра не признавали, категорично утверждая: или стихи, или проза - третьего не
дано. Жанр стихотворения в прозе оказался на обочине литературного процесса. В
начале ХХ века к нему обращался лишь Иннокентий Анненский.
Но всегда были
люди, которые упрямо шли по заросшей тургеневской тропинке. Они не искали славы,
не подражали Ивану Сергеевичу. Они просто так воспринимали мир, так дышали и
любили, что прозу они писали на коротком лирическом дыхании. Вспомним хотя бы
два имени: переводчика и детского поэта Генриха Сапгира и клоуна Леонида
Енгибарова. Оба они оставили нам стихотворения в прозе.
Сегодня этот
жанр считается безнадежно устаревшим, хотя блогеры нередко пытаются работать в
"тургеневском" жанре (многие и не сознавая этого). Люди же тургеневского
склада души - давно уже изгои и в жизни, и в литературе. Если эти люди исчезнут,
уйдут, не оставив ни учеников, ни читателей, то все мы страшно много потеряем.
И не только в литературе.
Стихотворения в
прозе Ирины Отдельновой - не просто
дневниковые записи, а явление редкое, драгоценное, требующее от читателя и
особого настроя, и понимания той традиции, из которой вырастают ее тексты.
Родилась и живет
Ирина в Курске.
Из летнего дневника Ирины
Отдельновой
Море
Жарко. Душно. Шторы задернуты в
комнате и на кухне. И оттого, что не видно мира за окном, так легко представить
море, услышать шум прибоя. Хотя кто-то возразит: "Это шумит автострада, а
никакое ни море". Но откуда тогда взялся песчаный берег? И маленькая
девочка сидит на песке вместе с мамой. Они одеты. И собака с ними рядом. И
больше ни души на этом берегу. Вы скажете, что это всего лишь фотография из
Венеции? Но вот он - берег. И трое сидят на берегу и строят песчаные замки. И
море шумит за их спиной. И море шумит за моим окном.
Джаз
Лето субботнего дня. Театральная
площадь. Концерт под открытым небом. Музыка Нового Орлеана в Курске. Россыпь
звуков, словно бренчишь монетками, а потом высыпаешь их в карман, чтобы вернуться
назад, на площадь, где снова будут играть джаз.
Августейший август
Августейший август. И солнечная
мантия стелется за ним.
В августе все становится немного
неспешным - тени длиннее, солнце мягче и даже яблоки падают с веток, будто в замедленной
съемке. Кто снимает фильм сиюминутного бытия? Я не знаю, но играю в нем главную
роль, потому что живу.
Кончики пальцев
Меня окликнули. Я оглянулась: за оградой детского сада деревья стояли голые, раздетые до последнего листочка. И трогали кончиками пальцев холодный воздух. Осень.
Золотые яблоки Гесперид
Там, в вышине, кто-то потряс старую
яблоню. И золотые яблоки Гесперид полетели на Землю.
Август. Звездопад. Яблоки. Наивные
и искренние желания. Вон полетела звезда. Успеть бы загадать что-то хорошее для
всех, кого помню и люблю. И я успеваю! Хочется, чтоб наступил мир и не страдали
люди.
