Приветствуем наших читателей и посетителей!

Если в Вас дремлет талант поэта, писателя, художника - присылайте свои произведения на e-mail: rzhev-cb@yandex.ru, wolgarzhev@mail.ru библиотеки, мы поможем Вашему таланту заявить о себе на страницах нашего блога: (укажите фамилию, имя, возраст, где учитесь).
На указанные электронные адреса можете прислать заявку на подбор литературы по интересующей теме, узнать о наличии нужного Вам издания. Ответ получите на указанный Вами электронный адрес.
Ждем Вас на страницах блога и в наших залах.

воскресенье, 9 апреля 2017 г.

Константин Сергеевич Аксаков. К 200-летию со дня рождения русского публициста, поэта, литературного критика, историка, идеолога славянофильства

Константин Сергеевич Аксаков
(1817 – 1860)
Константин Аксаков — старший сын знаменитого писателя Сергея Тимофеевича Аксакова (1791–1859), автора биографических книг «Семейная хроника» и «Детские годы Багрова-внука», а также известной сказки «Аленький цветочек». Переняв у отца любовь к литературе, он во многом разделил и его убеждения, в зрелом возрасте став одним из идеологов славянофильства. Но повлияла на Константина Аксакова и мать Ольга Семёновна Заплатина, которая в четыре года научила его читать, причём первой книгой мальчика стала «История Трои». Биографы убеждены, что по материнской линии он унаследовал две важные черты характера — патриотизм и пылкость: его дед был суворовским генералом, а бабушка — пленной турчанкой.
Детство будущий историк провёл в селе Аксаково в Оренбургской губернии. Фамильный топоним неудивителен: род Аксаковых ведёт свою историю от знатного варяга (норвежца), поселившегося в Киевской Руси в начале XI века. Многие представители семьи ещё в допетровскую эпоху были «государевыми людьми» — воеводами, стряпчими, стольниками — и заслужили дворянский титул и поместья.
Получив хорошее домашнее образование, в 15 лет Константин Аксаков поступил на словесное отделение Московского университета. Диплом кандидата он получил в 1835 году, а вот степень магистра — только в 1847-м. Диссертацию «Ломоносов в истории русской литературы и русского языка» Аксаков опубликовал годом раньше, но защитить смог лишь после правок, которые требовал внести цензурный комитет. В дальнейшем столкновения с официальной идеологией продолжились: через пять лет он попал под полицейский надзор за статью «Богатыри князя Владимира». В этом видна горькая ирония судьбы: его отец несколько лет служил цензором, но его уволили за то, что он пропустил чересчур смелую пьесу.
Константин Аксаков стал автором множества художественных и публицистических произведений, которые печатались в популярных тогда журналах и газетах: «Телескоп», «Молва», «Московский наблюдатель», «Русская беседа», «Москвитянин», «День», «Русь», «Московский сборник». С 1857 года он был фактическим редактором газеты «Молва». Тексты Аксакова часто становились предметом обсуждения, и современники признавали его литературное дарование. В 1858 году его избрали действительным членом Общества любителей российской словесности.
По словам родных и друзей, Константин Аксаков отличался крепким здоровьем, но его сломила смерть отца, к которому он был очень привязан. Историк умер от чахотки 19 декабря 1860 года, всего на полтора года пережив Сергея Аксакова.
Интересно, что многие современники запомнили Константина Аксакова не как философа и писателя, а как бородатого чудака в зипуне и мурмолке (старинной шапке). Он носил крестьянскую одежду, противясь моде на европейские костюмы и демонстрируя свою верность русской старине и народным обычаям. Это нередко делало его предметом насмешек. Например, Александр Герцен однажды написал: «Аксаков оделся так национально, что народ на улицах принимал его за персиянина». Но Аксаков относился к своему наряду очень серьёзно, для него это был символ смирения и благочестия: «Фрак может быть революционером, а зипун — никогда. Россия, по-моему, должна скинуть фрак и надеть зипун — и внутренним и внешним образом»
  
Ручей

Шумит ручей, бежит ручей,
И чист, и светел, и ясен, -
В счастливой юности своей
Так человек прекрасен.

Вот, с камней падая, ручей
Клокочет и бушует, -
Так время бурное страстей
Людей собой волнует.

Но вот уж не бежит ручей,
А стелется широко
По злаку сочному полей,
Прельщая смертных око.

Так в старости и человек
Спокойно, безмятежно
Оканчивает бурный век,
Покрыт сединой снежной.


Первая любовь

Я счастлив был мечтой своей прекрасной,
Хранил ее от первых детских лет;
Да, я любил возвышенно и ясно,
Смотрел тогда па дивный божий свет.

Я предался любви очарованью,
Поэзии мечтаний молодых
И сладкому о ней воспоминанью,
О лучших днях, о первых днях моих.

Я возрастал - и с каждым днем яснее,
Обширнее мне открывался свет,
И с каждым днем надменней и сильнее
Был гордых дум возвышенный полет.

Пришла пора, минута вдохновенья,
И из груди стесненной потекли
Свободными волнами песнопенья,
И новый мир обрел я на земли.

Когда ко мне поэзия сходила
И за стихом стремился звучно стих,
Всё о тебе мечтал я, друг мой милый,
Всё о тебе, подруга дней моих.

Бывало, грусть на сердце мне наляжет
И странные томят меня мечты,
И мне никто участья не покажет,
И все своей заботой заняты.

Тогда меня безумцем называют.
О, в те часы как часто думал я:
Пускай они меня не понимают,
Но ты, мой друг, но ты поймешь меня.

Когда меня ты, Шиллер вдохновенный,
В свой чудный мир всесильно увлекал,
И в этот час, коленопреклоненный,
Я целый свет забвенью предавал, -

Как мне тогда ее недоставало!
Как я хотел, чтобы она со мной
Создания поэта созерцала
И пламенный восторг делила мой. -

Теперь, увы! Разрушен призрак милый,
Исчезла ты, прекрасная мечта, -
Теперь брожу угрюмый и унылый,
И в сердце одиноком пустота.


Расставанье

Ты спишь еще, а мне расстаться
Судьба велит, влечет меня,
Как долго буду я скитаться
И горевать - не знаю я.

Еще звезда стоит высоко,
И спит прекрасная земля,
Светило дня еще далеко.
Прости, прости, звезда моя.

Ее одежда здесь - целую
Ее одежды легкий край.
Прощай, тебя я именую
Мой свет очей, мой друг, прощай!

Я мчуся вдаль с моим стремленьем
Без остановок на пути.
Вы, птицы, оглушайте пеньем,
Ты, ветер, вой, и, лес, шуми!

Взглянуть назад - иль удержаться?
Здесь дом исчезнет меж ветвей,
Хоть взгляд - не в силах так расстаться! -
И руки простираю к ней.

Еще раз: темно пред глазами.
Прости, прекрасный ангел мой;
Не видно дома меж древами,

Я мчусь засохшею тропой.

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...